Главная » Приколы » Отравитель

Отравитель

Точнее с самой дачей как раз повезло. Коллеге моему, доктору Ивану Петровичу с дачей не повезло. В сотне шагов – небольшое прозрачное озерцо, вокруг – лес, грибы там, ягоды. Купил два года назад недорого приличный деревенский домик. Впрочем, после моих рассказов о бешенстве ёжиков Иван Петрович не особо любит, а про белок постоянно шутит его коллега-нарколог Сергей Геннадьевич. По вечерам то ёжик в гости заглянет, то белка.

Как только хозяева слегли – дети забрали их в город, а домик продали доктору. Домик, повторю, весьма приличный, без страшных историй об одиноких стариках, которые годами лежали в темных комнатах. За домом любовно следили, и он не рассыпается, что очень важно для Ивана Петровича, потому как тот со школьных уроков труда молоток в руках не держал. Имеется сарайчик, баня, хороший, хоть и запущенный сад. Асфальт новый, лет пять ему от силы. Дорога опять же к даче проложена. Казалось бы – идеальный вариант. И станция, на которой электричка останавливается километрах в трёх.

А не повезло Ивану Петровичу с соседями. Так в чём же не повезло, спросите вы? Обитатели переехали на кладбище и больше этот бренный мир не посещали. Справа дом тихий и пустой. Стёпа – душа деревни. Зато слева живёт Стёпа. Все деревенские мужики знают, что у Стёпы можно спокойно выпить. Двери его дома всегда гостеприимно распахнуты для любого, у кого в руках заветная «пол-литра». Поэтому Иван Петрович не раз наблюдал картины, когда могучие сельские дамы, волокли за шиворот своих мужей, а те лишь счастливо и пьяно мычали. Все деревенские бабы знают, где искать пропавших мужей. А на пороге своей хаты стоял улыбающийся Стёпа и махал вслед очередному дорогому гостю.

В память о тех баталиях гостеприимный хозяин щеголяет кривым носом и щербатой улыбкой. Примерно раз в месяц Стёпу сильно бьют собутыльники. Надо всего лишь принести в дом Стёпе заветную бутылку. Впрочем, получить прощение даже после тяжёлых травм весьма просто. И можно бить опять, сколько душе угодно.

В его доме поочерёдно живут три пьющие деревенских бобылихи. А ещё Степан весьма любвеобилен. Достаётся опять же Стёпе. Иногда они пересекаются, вспыхивают сцены ревности, при виде которых латиноамериканские режиссёры рвали бы на себе волосы.

К вечеру пьяные матерные выкрики из-за забора ему надоели, он позвонил в милицию. В первую же неделю после покупки дачи Иван Петрович привёз семью отдохнуть в лесной тиши и заодно навести порядок.

В Малых Кулешках? - Где это? – Утром напишите заявление участковому, пусть разбирается. Да туда ехать километров двадцать, - ответили ему.

И положили трубку.

Утром Иван Петрович действительно наведался к участковому, но тот только руками развёл.

А что я сделаю? - Знаю я, что Стёпа синячит каждый день. Он же в своём доме синячит, а у нас это ещё не запрещено.

Мало того, что не отдохнули в тишине. Уезжал Иван Петрович расстроенный. Воспитательницы после этого стали на Ивана Петровича нехорошо поглядывать. Так ещё и младшая дочка, пятилетний ангелочек Наташенька выучила несколько слов, которыми блеснула потом в детском саду.

Приезжали только на выходные, да и то не всегда. Потихоньку привыкли. Пришлось Ивану Петровичу вспоминать, с какого конца за лопату браться. Жена привезла тёщу, та всерьёз взялась за огород. Доктор уже подумывал о том, что не такая уж это была хорошая идея - купить дачу.

И вычитала в каком-то сельскохозяйственном журнале, что перед тем, как эту самую картошку сажать, её надо «зазеленить». В марте тёща решила посадить в огороде несколько мешков картошки. Она тогда мол, лучше расти будет. То есть положить на открытый свет и подержать несколько дней. И принялась следить за лунным календарём, вычисляя время, благоприятное для посадки. Рассыпала по всей веранде эту самую проклятущую картошку, оставив узенький проход.

Но как-то в субботу решил бросить всё и поехать на эту самую дачу отдохнуть от жены, детей, пациентов и тёщи. Иван Петрович в очередной раз проклял идею покупки дачи. Поэтому сел на электричку, уже в сумерках сошёл на своей станции. Машину жена приватизировала, хотела утром за покупками рвануть. Устал с непривычки, поэтому, не включая свет, повалился на диван и заснул чуть ли не в ботинках. А там – небольшая прогулка по лесной дороге, и в деревне.

То ли скребётся кто-то на веранде, то ли скрипит. Посреди ночи просыпается от странных звуков. Хотел уже повернуться на другой бок и опять заснуть, но скрип повторился. Сперва подумал, что приснилось. Нашарил в темноте тяжеленный советский утюг и пошёл искать ночного гостя. Иван Петрович – не робкого десятка.

И застает соседа Стёпу на коленях, с полиэтиленовым мешком в руках. Открывает дверь на веранду, включает свет. Мешок уже наполовину полон картошкой, вид у соседа испуганный.

Жрать нечего! - Петрович, только не бей!

А в окно очередная пассия Стёпина заглядывает. Смотрит Иван Петрович, сосед отжал топором форточку, открыл окно, пролез на веранду и тырит любовно рассыпанную тёщей картошку. Тоже умоляюще на доктора смотрит. Видно на шухере стояла, да беда с другой стороны подкралась. Вот сюрприз для тёщи был бы! И тут в душе врача такая симпатия к вору проснулась. Однако говорит строго: Хоть рядом становись и помогай треклятый корнеплод собирать.

Она же зелёная. - Стёпа, ты идиот. Потравитесь все.

- Жрать нечего, Петрович, - ноет Стёпа.

- Высыпай, - вздыхает доктор.

Тот кивает, мнётся, на дверь поглядывает. И подробно соседу рассказывает про соланин, про отравление зелёной картошкой. Через полчаса доктор понял, что лекция его бесполезна. А бежать некуда – дверь-то заперта. Соседи кланялись ему в пояс, клялись, что ничего кроме картошки не взяли бы, благодарили. Сунул алкашам полбулки хлеба, которую с собой прихватил, и на свой участок выдворил.

А тут звонят из приёмного отделения, зовут его. А три дня спустя дежурит Иван Петрович в родной больнице.

Тут какие-то ваши знакомые с отравлением. - Спуститесь, Иван Петрович.

Спускается. И нехорошее предчувствие зашевелилось в душе доктора. На кушетках в приёмке с тазиками в обнимку сам Стёпа, его пассия и ещё два каких-то пропитых мужика. Так и есть. Взгляды испуганные, но судя по ухмыляющимся физиономиям «скоряков» жить соседи будут.

– вздыхает доктор, впрочем, уже догадываясь – что. - Что у вас тут случилось?

Вот эти два товарища, которые стонут сейчас на кушетках. Накануне вечером нагрянули к Стёпе гости. А без закуси – какое же удовольствие. Принесли три бутылки, а закуси не принесли. Стёпа взял топор и по наторенной дорожке – к соседу.

- Я только полведёрка, честное слово, - хныкал он, склоняясь над тазиком.

Сварили прямо «в мундирах» и тут же полусырую, похватали. Трубы горели, поэтому ни мыть, ни чистить картошку не стали. И тут вспомнил Стёпа, что доктор про соланин рассказывал. Через некоторое время почувствовали в животе острую резь, начало их тошнить и рвать. Те скорую вызвали. Понял, что помирает, бросился к другим соседям с криками.

– засомневался Иван Петрович. - И вправду что ли картошкой отравились?

– Они самогон у бабки Михайловны покупали, та ещё Екатерина Медичи. - Да шут их знает, - пожал плечами врач скорой. Чистый яд. Не знаю, что она в своё пойло подмешивает, но уже третий раз из-за её варева нас вызывают. Но если выпить ящик водки и закусить конфеткой, то тошнить будет конечно же от конфетки.

Стёпа с радостной улыбкой бегал вокруг, норовя помочь, но больше мешал. Через две недели семья доктора приехала на дачу, сажать картошку. А по осени оказалось, что половина поля выкопана. Всё благодарил Ивана Петровича за спасение и науку. Тёща расстроилась и решила больше ничего в этом воровском месте не сажать.

Как говорится – не было счастья, так несчастье помогло. А Иван Петрович так обрадовался её решению, что Стёпа в очередной раз вышел сухим из воды.

Павел Гушинец (DoktorLobanov)

Авторская группа https://vk.com/public139245478





Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*